16

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Евгений Иванович Игнатенко (1940–2001) – с 1992 года – вице-президент – руководитель исполнительной дирекции Концерна «Росэнергоатом», затем занимал должности первого вице-президента (1993), генерального директора (1997), первого заместителя генерального директора (1998), вице-президента Концерна (1999) 

У истоков централизованной системы ядерно-энергетического комплекса России, символом которой является Концерн «Росэнергоатом», стояли великие люди – Эрик Николаевич Поздышев, Евгений Иванович Игнатенко, Борис Васильевич Антонов, Армен Артаваздович Абагян, Эдуард Саакович Сааков. Многое из того, о чем они говорили в своих выступлениях в СМИ, в книгах по истории атомной энергетики, до сих пор звучит очень актуально. Предлагаем вспомнить наиболее примечательные высказывания «отцов-основателей» Концерна, характеризующие их взгляды на «мирный атом»

О СОЗДАНИИ КОНЦЕРНА

Э.Н. Поздышев:

«Когда я работал заместителем министра (примерно конец 1990 года – начало 1991 года), с идеей создания Концерна пришел Сергей Николаевич Иванов, который в то время работал в институте электрохимии Академии наук. Я сначала отмахнулся, но он еще раз предложил объединить АЭС. Тогда я попросил Евгения Ивановича Игнатенко (в 1991 году он был назначен начальником управления по информации и связям с общественностью Минатом­энергопрома. – Ред.) поговорить с ним и выяснить, в чем суть. После встречи с Ивановым Игнатенко сказал: предложение стоящее, форма Концерна больше соответствует тем экономическим преобразованиям, которые идут в государстве. И тогда мы начали заниматься созданием Концерна: АЭС объединили, но при значительной самостоятельности станций. Каждый директор был хозяином и сам управлял процессом, в том числе финансовым, а в центральный аппарат отчислял 10 % от прибыли. Мы координировали только глобальные вопросы: от технической до экономической политики. А в сентябре 1992 года Росэнергоатом как ФГУП уже был закреплен Указом Президента РФ» (Журнал «РЭА». 2007. № 9).

19

Б.В. Антонов:

«Все наши усилия по объединению АЭС, как потом выяснилось, оказались своевременны. Директорам станций становилась такая жизнь невмоготу. Некогда было заниматься работой, техническим состоянием предприятий, их безопасностью. Не шло финансирование, заели неплатежи. Бартер, взаимозачеты, безденежье опустошали души. Оголтелые нападки противников атомных станций, тщательно подготовленные кем‑то, унижали и оскорб­ляли достоинство коллективов. Срывали работу. Строго налаженное производство атомной энергии грозило превратиться в хаос.

А Концерн разрастался, становился сильнее. Организовали дирекцию эксплуатации, техническую дирекцию. Затем дополнительные службы – бухгалтерию, планово-экономический отдел, работу с общественностью, юридическую часть… Сменился общественно-политический уклад – появился бизнес. По­­явились сбытовые дела, большая юридическая служба – арбитражная. Все это, конечно, было необходимо, так как пошли вопросы коммерческие, имущественные и разные другие. Наша техническая часть тогда насчитывала только 100 человек. А всего было 800 служащих» (Куприй Наталья. Лики судьбы. М.: ТОП-МАШ, 2005).

Е.И. Игнатенко:

«Успехи, достигнутые при эксплуатации и строительстве атомных электростанций в начале восьмидесятых годов (в год тогда вводилось по 3‑4 новых энергоблока), а также значительные денежные средства, направлявшиеся в тот период на их сооружение, привели к появлению множества завистников и противников централизации атомной энергетики. Эти люди, не осознавая своего соответствия требуемым знаниям и подготовке для управления ядерно-энергетическими объектами, настаивали на расчленении ВПО «Союзатомэнерго». Этот вопрос неоднократно рассматривался на многолюдных форумах в Минэнерго СССР.

Такие дискуссии, в которые были втянуты руководство и персонал большинства атомных станций, а происходили они в 1985 году – начале 1986 года, породили резкое падение дисциплины на предприятиях и явились не последней причиной аварии на блоке № 4 Чернобыльской АЭС. После этой аварии отрасль была централизована, в ней навели жесткий порядок, перешедший по наследству в Концерн «Росэнергоатом». В результате по удельной частоте внеплановых остановов энергоблоков, являющейся основной характеристикой уровня безопасности при эксплуатации атомных станций, российская атомная энергетика многие годы входит в тройку лучших в мире. Росэнергоатом – это предприятие, способное обеспечивать комплексное обслуживание АЭС. Кроме того, имеется институт, который анализирует работу всех АЭС и доводит результаты анализа и свои рекомендации до руководства всех станций. Ведь у нас эксплуатируются самые мощные в стране турбины и генераторы в 1 млн кВт. Сейчас ведутся переговоры о создании турбогенератора на 1,5 млн кВт. Разве какой‑нибудь одной АЭС осилить финансирование такого заказа? А консолидация средств позволяет это сделать.

Сторонники внедрения в нашей стране американской или английской модели децентрализованной атомной энергетики не учитывают существующего в других странах централизованного комплексного обслуживания АЭС фирмами-гигантами, которых нет в России. А создаются такие фирмы-корпорации десятилетиями. Поэтому все разговоры о необходимости рыночной конкуренции в атомной энергетике и немедленной для этого ее реструктуризации, то есть децентрализации, – от лукавого» (Промышленные ведомости. 2001. № 12–13).

О БЕЗОПАСНОСТИ И НАДЕЖНОСТИ АЭС

Э.Н. Поздышев:

«Электроэнергия. Безопасность. Надежность. Это всегда было и останется в числе приоритетов. Меняются лишь взаимоотношения станций с внешней средой, с поставщиками и потребителями» (Журнал «РЭА». 2007. № 9).

Б.В. Антонов:

«Сегодня все, что связано с культурой безопасности, с проблемой обеспечения качества работы, приобретает особую значимость. Мы не имеем права на ошибку, на серьезное нарушение» (Вестник Концерна. 2000. № 9).

20

Э.С. Сааков:

«После периода застоя в развитии атомной энергетики, вызванного чернобыльскими событиями,  благодаря постоянной работе по повышению культуры без­опасности, совершенствованию эксплуатации и модернизации оборудования, а также информационно-разъяснительной работе с общественностью недоверие к этой отрасли было постепенно преодолено. В настоящее время атомная энергетика переживает настоящий ренессанс во многих странах мира» (Автореферат «Регулирование и оптимизация ввода в эксплуатацию энергоблоков АЭС». 2009).

Е.И. Игнатенко:

«Повышение надежности – это постоянная изнурительная работа. За всем оборудованием на АЭС, отдельными узлами и всеми сварными швами ведется непрерывный всесторонний контроль, в том числе автоматизированный. Централизованно собирается информация обо всех, даже мало-мальских нарушениях и отказах. И если где‑то, к примеру, дала небольшую течь какая‑то прокладка, то после тщательного изучения причин протечки такие прокладки меняют на всех подобных узлах на всех АЭС. При этом, если потребуется, меняют даже материал тех же прокладок. Подобные нарушения моделируют с опережением во времени возможные массовые отказы аналогичного оборудования в других местах, что позволяет своевременно принимать меры и избегать аварий» (Промышленные ведомости. 2001. № 12–13).

Б.В. Антонов:

«В 1998 году были изменены нормы эксплуатации, связанные с оценкой событий на АЭС, причем нормы были изменены в сторону ужесточения. И мы считаем, что это правильно, это полностью отвечает нашим подходам» (Вестник Концерна. 2001. № 2).

Э.С. Сааков:

«Российские и международные нормы и правила по безопасности АЭС требуют, чтобы предпусковые наладочные работы, физический и энергетический пуски и освоение мощности до номинальной величины подтвердили, что энергоблок АЭС в целом, а также системы (элементы), важные для безопасности, выполнены и функционируют в соответствии с проектом, выявленные недостатки устранены» (Тезисы выступления на «Атомэкспо-2012». 4–6 июня 2012 г.).

19 1ОБ ЭКОНОМИКЕ И ЭФФЕКТИВНОСТИ

А.А. Абагян:

«С переходом страны на рыночные отношения в нашей отрасли обострились экономические вопросы. Чтобы выжить, производство энергии на атомных станциях должно быть дешевым.

Мы очень много средств вкладывали, и правильно вкладывали, особенно после Чернобыля, в повышение безопасности атомных энергоблоков. И подчеркну еще раз: это правильно. Но постоянное повышение безопасности приводит к удорожанию «атомной» электроэнергии, что в конце концов может сделать атомную энергетику неконкурентоспособной даже в условиях постоянного роста цен на традиционные органические энергоносители. Поэтому изыскание научно обоснованных путей создания с одной стороны безопасной, а с другой – дешевой энергетики становится важным направлением исследований» (Ноев ковчег. 2005. № 11).

Э.С. Сааков:

«Второй энергоблок Ростовской АЭС был для нас целью с очень высокой ценой. Это не просто очередной блок, это не просто очередное решение проблемы, это даже не подвиг во имя подвига. Это решение корпоративной задачи государственной важности. Это подтверждение, что существующая система управления строительством энергоблоков жизнеспособна и эффективна» (Из выступления на Волгодонской (Ростовской) АЭС. 18 марта 2010 г.).

Б.В. Антонов:

«Если проследить динамику выработки электроэнергии на АЭС, то за последнее время мы многому научились и сделали определенные выводы. Следствием этого, после некоторого спада выработки, стал рост производства. И мы прогнозируем, что эта тенденция сохранится, причем не за счет применения каких‑то административных рычагов, а за счет качественных мероприятий, организационных и технических. В первую очередь это относится к пуску Ростовской атомной электростанции, на строительство которой мы не получили из бюджета ни копейки денег. А ввод в эксплуатацию энергоблока мощностью 1000 МВт является для государства значительным шагом, которым можно и нужно гордиться» (Вестник Концерна. 2001. № 4).

Э.С. Сааков:

«Управление процессом ввода в эксплуатацию должно опираться на разработку теоретических основ управления процессом ввода в эксплуатацию, учитывающих риски и не­опре­деленности, возникающие в процессе сооружения и ввода в эксплуатацию энергоблока.

В результате процесса идентификации и оценки рисков и неопределенностей и разработки мероприятий по снижению отрицательного влияния соответствующих факторов возможно достижение оптимизации продолжительности и затрат на ввод в эксплуатацию» (Автореферат «Регулирование и оптимизация ввода в эксплуатацию энергоблоков АЭС». 2009).

О БУДУЩЕМ АТОМНОЙ ЭНЕРГЕТИКИ

18

А.А. Абагян:

«Атомная или, точнее, ядерная энергетика – высокоэффективная, экологически чистая отрасль общей энергетики. Разумные государства ее развивают, не дожидаясь, когда исчерпаются запасы органического топлива, которые необходимо сохранить как для будущих поколений, так и для других целей» (Ноев ковчег. 2005. № 11).

Е.И. Игнатенко:

«Наукоемкие ядерные технологии, по которым мы входим в число мировых лидеров, сами по себе являются достаточно дорогим товаром и могут приносить валюту. Конкуренция атомных технологий на мировом рынке чрезвычайно высока, а наш авторитет позволяет быть равными среди лучших и рассчитывать на успех. Важно укрепить позиции страны на мировом рынке оборудования АЭС, на рынке топлива и услуг по оказанию технической помощи в строительстве атомных станций за рубежом» (Приоритетные направления деятельности Концерна «Росэнергоатом». Тезисы выступления. 6 января 1998 г.).

А.А. Абагян:

«В атомной энергетике есть несколько стратегических направлений развития.

Во-первых, это направление быстрых реакторов. Уже многократно показано, что быстрые реакторы – это наше будущее, поскольку они позволяют использовать уран-238, а не только уран-235.

Во-вторых, с моей точки зрения, перспективно направление высокотемпературных реакторов.

И в‑третьих, исследования в области безопасности атомной энергетики, которые будут актуальными до тех пор, пока будет существовать атомная энергетика» (журнал РЭА. 2005. № 2).

Е.И. Игнатенко:

«У нас в восьмидесятые годы велись разработки РБМК на 2400 МВт и реактора типа ВВЭР на 1900–2000 МВт. Отечественная промышленность – завод «Атоммаш» – способен изготавливать корпуса таких реакторов.

Несмотря на имеющиеся трудности, мы не должны сходить с общемирового пути создания реакторов большой мощности. Дальнейшее развитие событий покажет, войдем ли мы в кооперацию разработчиков западноевропейского реактора или объединим усилия с японскими фирмами. А вероятнее всего, будем работать независимо, используя собственный научно-конструкторский потенциал ракетостроения. Наши конструкторские бюро уже ведут разработку технических заданий на установки такого класса… Безусловно, совместное с зарубежными странами проектирование такой сложной установки позволило бы нам сэкономить и без того ограниченные средства, но партнеры не спешат принимать нас в компаньоны и не намерены делиться с нами новыми технологиями» (Приоритетные направления деятельности Концерна «Росэнергоатом». Тезисы выступления. 6 января 1998 г.). 

20 1

А.А. Абагян:

«Фантастические проекты также должны иметь место в нашей жизни. Но в настоящее время они очень далеки от реальности, не влияют на действительность.

Реальностью является та атомная энергетика, которая сейчас существует. Даже термоядерная энергетика, о которой много говорят и пишут, в лучшем случае может стать реальностью лет через тридцать, а может быть, и через пятьдесят. Но эти пятьдесят лет надо еще прожить.

Кстати, немало разговоров и об освоении газгидратов, это действительно огромное количество газа, который находится в связанном состоянии. Но как это осуществить экономически, чтобы было выгодно, пока неясно. Поэтому еще раз утверждаю, что самое реальное сегодня и в ближайшем будущем – это атомная энергетика, запасы которой не исчерпаются в ближайшую тысячу лет» (Ноев ковчег. 2005. № 11).